Камбоджийский ромовый дневник

Сие творение рождалось в муках…
Будьте благосклонны.

Глава I

Название повествования не случайно. В моей жизни случилась Камбоджа, был ром, много рома и это мой лирический дневник о нашей поездке на земли красных кхмеров. (Лайт–версия для широкой публики.)
Почему Камбоджа? Мы давно искали на карте мира, висящей на нашей кухне, куда же мы хотим поехать за новыми впечатлениями, за приключениями, за новым дыханием… К слову, все, иногда отчаянные, иногда сумасбродные идеи приходят к нам на этой самой кухне, обязательно ночью, обязательно за последней сигаретой. И тут попался на глаза в дебрях интернета рассказ некого Павла Юдина с интригующим названием «Камбоджа. Записки синайского кхмера». Прочитано было на одном вдохе, и вот сижу уже жду предводителя и воплощенца всех сумасбродных идей, Олькоса. Думали мы не долго, мысли об этой стране уже бродили в наших беспокойных головушках и раньше…Откровенно говоря, о Камбодже на тот момент я лично знала… ничего. Разве только, что Анжелина Джоли усыновила мальчика оттуда, и что страна эта далеко, очень далеко…Когда говорили знакомым, что едем в Камбоджу, встречали удивленные взгляды и самый распространенный вопрос был, сделали ли мы прививки от всех видов редких заболеваний. Это лишь больше подстегивало.

«СПб-Мск-Ханой-Пнп. Полет нормальный»
Билеты мы взяли за три месяца. Адекватные цены нам предложили вьетнамские авиалинии. Путь был таков: СПб-Мск-Ханой-Пномпень. Меня это немного пугало, ведь я привыкла летать в тесных, вонючих чартерах и представляла себе такой длинный путь с ужасом. Но вьетнамцы оказались чертовски гостеприимны и комфортны. Дорога была легкой, веселой и ни разу не утомительной. Трех-разовое питание, с возможностью выбора, одеяла, подушки и «боже, перестаньте носить эти маленькие бутылочки! я не могу столько пить!» Была даже часовая посадка в Лаосе, где мы впервые вдохнули этот парящий воздух после промозглого ноябрьского Питера и почувствовали, что мы уже рядом с прекрасным.

«Встреча»
Прилетели в Пномпень, Паша уже встречал нас. Командор, как позже мы стали его называть, был немного знаком заочно, но в ходе наших приключений он неоднократно открывался для нас с новых сторон. Из Пномпеня мы отправились в Сиануквиль, откуда и начиналось наше путешествие. Всего 3,5 часа в пути под его рассказы о Камбодже, как Паша и обещал, пролетели незаметно. Спать было некогда, я подключила все свои органы чувств для восприятия, того что было вокруг. Сделали обязательную остановку в местном заведении, с бегающими по нему белыми кроликами и говорящей птицей в клетке. Тогда я почувствовала себя Алисой в стране чудес впервые.
К вечеру мы приехали в наш отель Снейк Хаус. Называть это отелем я считаю оскорбительным и принижающим его достоинства. Здесь речь не о комфорте или наличии и количестве звезд заведения. Это воистину уникальное место. «Двухэтажные здания скрыты зеленью декоративного сада» так написано в описании. Так и есть. Мы въехали на территорию, когда было совершенно темно, и первое что поражало — это запах. Густой, теплый, сладкий запах цветущих вокруг джунглей и непрекращающийся звон вокруг, про который я долго почему-то стеснялась спросить… Это были цикады. В дополнение к этой и так поражающей воображение картине, ливанул тропический теплый дождь. И вот вокруг волшебные домики с беседками, плетеными стуликами и уютнейшими номерами со всякими раковинами морскими и буддами внутри. Кто как, а я вот от восторга обычно грязно ругаюсь, произносила длинные витиеватые фразы в своей голове. Ужинали в Снейке. Ресторан в двух шагах от номера, представляет собой не менее впечатляющее зрелище. Огромный морской аквариум по центру с разнообразием рыб и двумя огромными черепахами, одна из которых приплыла к нам, когда мы сидели, прям рядом за столом и радовались шикарному ужину, высунув из воды внушающих размеров голову. Вокруг, везде террариумы с рептилиями всех видов и размеров, попугаи, диковинные птицы. Один из попугаев пугал меня регулярно, говоря потом за завтраками, выждав, когда я останусь одна, «привет» женским голосом. Крокодил выползал из своего бассейна, когда я ела блинчики, а змея за спиной падала с грохотом в своем жилище. Лори смотрел, не моргая, когда я допивала чай. То есть окунулись во флору и фауну с головой. Тут нельзя не упомянуть, что Снейк Хаус принадлежит Николаю и Лене Дорошенко, нашим соотечественникам, которые много лет живут в Камбодже. Николай профессиональный герпетолог, делает для гостей коктейль из яда трех змей и водки. Сегодня Николай занимается бизнесом, и скромно говорит, что работает олигархом. По легенде приехал в Камбоджу впервые с организацией, типа «Гринпис» с миссией, но быстро разочаровавшись в их моральных посылах, он остался в Камбодже навсегда, сделал много добрых дел для страны, например, вывел лекарства-противоядия от укусов всех местных змей, помогал безвозмездно людям, и на сегодняшний день имеет гражданство Камбоджи. На территории Снейка имеется и крокодиловая ферма, где забавно гулять… В общем, об этом удивительном месте можно говорить бесконечно. Проведенные дни в этом раю мы не забудем никогда.
На второй день мы позавтракали и поехали знакомиться с Сиануквилем. По заложенной программе проехали по буддийским храмам, по дороге покормили наглых обезьян в джунглях. В сиесту поболтались по центру города, перекусили в милом английском пабе. Обедать поехали во французский ресторан на холме Chez Claude. Позже Паша познакомит нас с владельцем Клодом, французом вьетнамского происхождения или вьетнамцем французского, точно не помню. Клод, приятный человек, оказался с фантазией, как мне представляются все французы. Как я и сказала, ресторан находился на холме, место безлюдное, говорить,что ослепительное по красоте не имеет смысла. Вся Камбоджа, которую я видела, была невероятно и очень по-разному красива. Что бы попасть на холм в само заведение, нужно преодолеть развеселый квест. Внизу, куда мы подъехали на басе, небольшая площадка, где стоит трактор! Он же тросами тянет, назовем это – лифт, который по рельсам поднимается наверх, на террасу ресторана. И вот мы стоим в этом открытом со всех сторон лифте, трактор начинает двигаться вперед, а мы подниматься наверх, вокруг густая растительность и с каждым метром перед нами открывается вид на Сиануквиль, от которого хочется плакать от счастья. Ресторан большой, очень затейливый. На каждом сантиметре какие-то штучки, деревянные тарелочки, шкатулочки, ракушки, картиночки, барная стойка с коллекцией головных уборов из разных стран, все так по-домашнему, все можно трогать. Музыкальные инструменты, диванчики, подушечки. И мы там совсем одни. Подозреваю, Клод тоже работает в Камбодже олигархом, и ресторан держит явно не преследуя цель высокой проходимости. Еда — отдельная тема: гребешки, какая-то невероятная рыба, рыбный суп персон на шесть в огромной ладье-раковине. Бананы поливали и поджигали, делали мне фламбе и «комплимент» от хозяина — лимончелло, который Клод делает сам, видимо, в перерывах от работы олигархом. Сплошной пищевой экстаз, красочно дополненный видами. Потому что, когда у тебя тут фламбе, а перед глазами джунгли, разноцветные крыши, башенки храмов и сиамский залив, хочется жить с новой силой. После обеда переоделись в купальные костюмы и перебрались на пляж Виктори: он в десяти пеших минутах от Снейка. Был бы он банальным пляжем с белым песком, голубой водой и пальмами, если не клуб Аэропорт с настоящим Ан-28, прям тут же на берегу. Купались в 30-ти градусной воде и валялись в мягких креслах под крыльями Ан-28. Клуб, принадлежит тому же Николаю, как он притащил туда Ан хотелось услышать из первых уст, но с Николаем мы разминулись, придется ехать опять, хочу послушать…
Утром третьего дня мы отправились в порт, впереди 5 дней в морях. В порту шумно, чумазые дети что-то там ломают, пахнет рыбой… Мы передвигаемся среди приветливых рыбаков по длинному пирсу к нашему кораблю, команда расступается, и моему взору открывается вид на наш эсминец Свободный, как ласково называет его Командор. В эти минуты все мои представления, почерпнутые из опыта красноморских сафари о дайверских ботах, разбиваются о киль, не побоюсь этого слова, красавца. Мы загрузились и поплыли к острову Кох Кон. Там, на острове, дайв-центр принимающей стороны, надо было взять снарягу. Навстречу вышел ослепительный бородач с татуированной спиной, его руки и ноги были замотаны бинтами. Предположила новые татуировки, оказалось — нет, спасал джунгли от браконьеров, поранился и не смог присоединиться к нам в поездке на нырялку. Искренне я была опечалена этим фактом: плохие люди рубят джунгли, разумеется.
Но огорчаться было некогда, впереди нас ждали райские острова и 5-ти дневное морское скитание.

«- Отдать швартовы!»
Об эсминце. «Freedom», результат представлений немца Стефана об увеселительных морских прогулках, увеселил и нас. Например, кают было – 3! Две огромные внизу и одна с видами на морские просторы, наверху. Легко поделились на сожителей, одну нижнюю заняли две девочки, вторую мы с Олькосом, прихватив с собой мальчика, чтоб ночами было не страшно. И четверо жили в верхней, благо место позволяло делать это вполне комфортно. Чтобы дать вам возможность представить, как можно комфортно жить втроем в одной каюте, скажу: в нашей, например, был койко-аэродром по центру, на котором не встречаясь за ночь ни разу могло бы спать человек шесть. Зеркало-трюмо сбоку, большой платяной шкаф для одежды, полки с книгами на разных языках, большой стол с ящиками и плазма на стене. В углу резиновая надувная… акула. И разумеется душевая комната с раковиной, столом и зеркалом. Все по фен-шую. Дайв-дек тоже имелся, ведь Стефан переделал свой корабль под сафарийник, и наличие баллонов и вешалок с костюмами напоминал о цели нашего нахождения на эсминце. Была и кают-компания, и открытый салон с баром и столиками «на улице». Верхняя палуба для отдыха, здесь мы вили гнезда каждый день после дайвов и купаний в этих ротанговых креслах и диванах, зарывшись в мягкие подушки. В общем все радовало, даже заботливо прибитые к палубе кадки с пальмами.

«Барбекю на острове».
Ныряли в тот день не много: на вечер были обширные планы. Причалили к острову, я завидев огни и дым костров на берегу побежала к Паше: «А бары будут?!» Паша ответил: «Бары и будут!»
Проветрив остатки дневных ромовых паров прогулкой по длинному пирсу в лунном свете, мы оказались на острове. На берегу люди уже отдыхали, жгли костры и с каждым в тот вечер хотелось завести дружбу. Мы расположились за длинным столом в баре, с отличной надо сказать музыкой, много шумели, ели и выпивали. Я наблюдала… Остров представлял из себя заповедник дауншифтеров, некоторые приходят сюда сами на ромопой, а некоторых просто приносит сюда течением. Отличные ребята эти дауншифтеры, с каждым годом кажется их философия становится мне более понятной и приемлемой формой жизни… А может я просто незаметно мутирую в них…
И вот мы уже расслабились, нам предложили купить наркотиков на десерт и мы хотели разбежаться по острову, но Паша скомандовал: «Теперь купатцо!» Помню, как спросила у Олькоса: «Он шутит? Меня еще с обеда не отпустило!» Но Паша не шутил, мы резвыми козочками, полные под завязку новыми впечатлениями, добежали до корабля и переплыли на другой остров. Этот остров оказался «спальным островом»: людей мы там не встретили, или я не встретила… Внезапное купание ждало нас в пресном водоеме с водопадом и непривычно холодной водой. Вокруг джунгли, цикады орущие, какие-то бунгало на берегу, и никаких следов людей. Вернулись на корабль мы видимо совсем ночью и еще самые крепкие бойцы нашего отряда, включая меня, раскачивали судно. Кстати, на этот остров мы еще вернемся, в какой-то из дней нашего путешествия по воде, но уже при свете дня. И я с удивлением для себя замечу на острове статуи, качели, и даже ресторан, вот такие метомарфозы…

Следующий день был днем спортивным. Рано утром эсминец отбывал на остров Кох Принс и четырехчасовой переход дал возможность выспаться участникам вечерних гуляний. В тот день было выполнено по плану четыре погружения, включая ночной дайв. Я целый день спала и купалась. Купаться было приятно, вода на поверхности 32 градуса, и просидев в воде 45 минут я поняла, что «синих губ» как в детстве я так и не добьюсь, а вот сгущение крови начинает происходить.
Потом еще были острова Кох Виль, Кох Танг, Кох Пи и там тоже был дайвинг, божественные виды вокруг и первые шаги к просветлению…

«День рождения на военной базе».
Утром я проснулась, как и всегда в свой день рождения, в миноре и не с той ноги. Ребята уже сделали утреннее погружение и были, как всегда, веселы, бодры и румяны. Нас отвезли на лодке на какой-то из райских островов, с белым песком, где обитали только то ли вьетнамские, то ли кхмерские рыбаки. Мне дарили островные цветы и ракушки. Было красиво. В середине светового дня мы прибыли к острову Кох Танг. Если вы не поленитесь почитать вдохновивший нас рассказ Павла о бритой свинье… так вот это тот самый остров, кхмерская военная база. Чудное место — военные милые ребята, выглядят дружелюбно, выращивают кур, свиней и другую живность. Поили нас чаем и улыбались. Хотя и оружие на острове имеется тоже, но представить, что эти военные могут отстрелить кому-то хотя бы ноги, сложно. Насыщенный день получился, вечером ударили «по культурке». В корабельном кинотеатре давали различные постановки про море и спелеологов. Ужин тоже начался достаточно культурно: кхмеры даже сымпровизировали смешной праздничный тортик со свечами из пончиков, которые были на корабле.

«Цикады третьего дня»
Ночь. Легенда: местная цикада живет три дня. На поиски спутницы, счастье и размножение только эти три дня. Вечером третьего дня – смерть!!!
Ночь была короткая, но мы начали открываться друг другу с новых сторон. Диалоги и события той ночи публиковать не имеет смысла, они войдут в сценарии…
…Павел проснулся Командором, а мы проснулись под его залихватскую песню и выкручивания больших пальцев ног. Паша будил остальных, а Олькос провозгласила себя Д`Атаньяном и погрузила свое тело в водную пучину…
Мы прожили на «Freedom» всего 5 дней, но за эти дни наши тела приобрели легкий загар, а мозги просветление. Сиамский залив, алые закаты, каждый день разные, ночи, когда мы лежали на верхней палубе и смотрели звезды, как телевизор. Вместо радио цикады и волны, бьющиеся о камни соседнего острова… Дайвы, где с полным правом можно было ставить флажки, ведь там никто никогда еще не нырял. Но эта часть путешествия закончилась, и нас ждала следующая…

«Сиануквиль»
Был у нас в Сиануке аутентичный кхмерский ресторан. К тому моменту я уже горячо полюбила местный народ и погружение в их обычаи было очень любопытно. Например, пиво подают со льдом. Если пьешь медленно, лед тает и разбавляет пиво, поэтому пьешь быстро, и тебе снова доливают пиво и добавляют лед и ты опять пьешь быстро пока не растаял лед. Естественно все пьяны и счастливы. Весь мусор, салфетки, объедки бросаются на пол. На вопрос: «Почему Вы бросаете мусор на пол?!» любой кхмер ответит: «А разве лучше если он будет на столе?» Вот такая простая логика, и ведь тут нечего возразить. Все женщины, девушки, девочки ходят в пижамках, в разноцветных жизнерадостных фланелевых пижамках. И эти самые пижамки так прекрасно вписываются в весь этот мир, они такие же уютные и добрые, как сами кхмерские женщины. И вот так вот мы смотрели друг на друга, делали комплименты, какие они красивые смуглые и кареглазые, а они, какие мы белые и светлоглазые.
В один из тех счастливых дней, в воскресенье, Командор повез нас на пикник к изумительному водопаду. Место, где кхмеры отдыхают со своими семьями. Мы подъехали на машине, повсюду продавали венки из цветов, которые надевают на голову, что очень напоминает праздник Ивана Купала. Из европейцев никого. Мне сначала было неловко, что мы вторгаемся на их личную территорию, но надо видеть этих людей: дружелюбнее я не встречала. Место представляет из себя целую систему водопадов, с приютившимися по берегам, как ласточкины гнезда, чиллаутами. В каждом гамак и коврики. Лежали в чиллауте, смотрели и слушали водопад, цикады срывались на визг, а лианы переплетались вокруг узлами.

«Мы с друзьями ходим в баню».
Однажды, когда, казалось, мы уже перепробовали всю экзотическую кухню Сиануквиля, и новые запасы рома были пополнены, Командор сказал: «А может в баню?!» Мы удивились, но не отказались. За ужином в Снейке, с нашим любимым крокодилом Геной, Паша отошел на минуту и сообщил, что баня будет готова через 20 минут. Как оказалось, тут же на территории нашего отеля-заповедника, в тени пальм, располагался бассейн, а за ним настоящая вполне баня. Развешенные эвкалиптовые веники смотрелись дико, нагло и неуместно. Но как же это круто, как же круто! Париться в бане в Камбодже, среди джунглей, да эвкалиптовыми вениками, а потом прыгать в прохладный бассейн. И так мы вдохновились этой русской парной, что пили ром и пели песни всю ночь, и со слов толерантных постояльцев звучали как военный хоровой коллектив ракетных войск особого назначения.
Было трудное утро очередного длинного дня. Олькос проявила отвагу и выдержку и нам очень нравилась, когда не сомкнув глаз ни разу за ночь, она отправилась с нами на Виктори Бич купаться под ливнем и даже не пискнула, когда падала с быка… но это тоже для сценария.
Чудесный прощальный ужин у Клода, когда мы лежали на диванах и все никак не хотелось уходить. Там, в Сиануквиле, не нужные файлы в голове были окончательно зачищены, и мысли о питерских проблемах и терзаниях уже не возвращались до самого окончания путешествия…
Продолжение следует…

Глава II

Тысячи свечей можно зажечь от единственной свечи, и жизнь ее не станет короче

Счастья не становиться меньше, когда им делишься. (Будда)

И вот мы попрощались с Сиануквилем, с райским садом «Снейк Хаус», с пляжами и островами. С одной стороны, мне было грустно уезжать из места, где так хорошо. С другой, любопытство всегда брало верх, в общем, трепетала в предвкушении…

«Пномпень».
Рано утром мы стартанули из Сианука в Пномпень уже знакомой нам дорогой. Я спала. Мне кажется, спали мы только в этих не долгих переездах, ведь сон не должен отвлекать от путешествия. В первой половине дня мы оказались в центре Пномпеня. Как только попали в город, почувствовали дыхание столицы. После размеренной жизни в портовом, провинциальном Сиануквиле, контраст был поразительный. Въехали в город и сразу окунулись в поток мотобайков. Они как муравьишки несутся по своим делам, едут по своим неписаным правилам. Шумный поток такси, тук-туков и байков. На каждом байке редко по одному пассажиру, обычно вся семья. Папа с кофе, мама на девятом месяце, в руках по два ребенка, плюс телефон у уха. И никакого намека на напряжение в лице. Все спокойно, едем по своим делам. Ни одной аварийной ситуации, взаимная вежливость решает. Наш отель Кхмер Ройал — здание в колониальном стиле, находился прямо на набережной реки Тонлесап и в пяти минутах от Королевского Дворца. Тонлесап — самое большое озеро в Индокитае. Оно полностью определяет жизненный уклад десятков тысяч камбоджийцев. Река Тонлесап, протекающая через Пномпень из озера Тонлесап до Меконга, дважды в год меняет направление своего течения. Такое удивительное явление. Огромные окна нашего номера выходят прямо на эту уникальную реку. Ночью я сидела на широком подоконнике в своем номере, курила, смотрела на ночные огни шумного города, столицы королевства Камбоджа, наблюдала, как быстро по воде несутся мангры и признаюсь, не очень верила, что все это происходит со мной.
Мы переоделись, пообедали в китайском ресторане и отправились прямо к главному месту столицы — Королевскому Дворцу. Он представляет собой комплекс великолепных зданий, составляющих резиденцию самого короля. К великому нашему сожалению и печали кхмерского народа король тяжело болел и умер накануне нашего приезда в страну. Согласно местным обычаям, бальзамированное тело умершего монарха должно находиться во дворце вплоть до самой кремации в течении трех месяцев. Все это время будет проходить прощание с королем. В своем завещании экс-король просил в соответствии с буддистской традицией кремировать его тело, а прах поместить в золотую урну и похоронить на территории королевского дворца в Пномпене. Из-за этого печального события в сам дворец мы не попали, но наблюдали величественную и энергетически сильную церемонию прощания народа со своим королем. Перед дворцом площадь заполненная людьми, на стенах дворца огромные экраны, как на стадионах, по которым транслировалась служба.

«Серебряная Пагода»
Мы прогулялись до Серебряной Пагоды. Она находится по соседству с дворцом.
Серебряная Пагода — это буддийский храм короля Камбоджи в Пномпене и настоящая сокровищница, где представления о сказочных богатствах предстали перед нами наяву. Конечно, серебряный пол, но и статуя Будды, весом 90 килограмм, выполненная из золота и инкрустирована тысячами бриллиантов. Впечатляет? Как возможно описать эту красоту? Вы должны это увидеть своими глазами. Фотографировать там было нельзя, поэтому ничего нас не отвлекало от созерцания и восхищения. Я сознательно отстала от группы своих товарищей и бродила там одна.
Прекрасное место для прогулок и дум, теперь второе в моем рейтинге после питерских кладбищ. Без шуток пагода произвела на меня очень сильное впечатление.

«Рождение Аццкого Олькоса».
После сильного окультуривания мы разбежались по городу. В Пномпене легко ориентироваться, даже мне с врожденным топографическим кретинизмом, граничащим с маразмом. Тонлесап всегда в помощь. Мы пошлялись по центральному шумному рынку, прикупили футболок с храмами и магнитиков для друзей. Шумно, суетливо вокруг. Прыгнули в тук-тук и с ветерком помчали к отелю. Повсюду байки, на каждом сантиметре дороги. Они прижимаются вплотную, и вообще не понимаю, как они так ловко разъезжаются. Местные беззастенчиво рассматривают нас своими пронзительными карими глазами. Улыбаются, одобрительно кивают, кидают – бьютифул. Милые люди. Я как ребенок, восторженно пялюсь на них, пытаюсь запомнить каждое лицо, ведь в лицах и есть город.
Мы приехали в отель, за окном было уже темно, включили городское освещение, и город стал совсем другим. Как и любой другой город в мире, вечером все выглядит иначе. Открыли местный ром, друзья стянулись к нам, начали отмечать день рождения Олькоса прямо перед этими огромными во всю стену окнами с видом на Тонлесап. Имею непреодолимую страсть к большим окнам с широкими подоконниками, с видом на воду. Не знаю, как там по фен-шую, но уверена, есть в этом какая-то сила.

Ужинать отправились в уже знакомый нам китайский ресторанчик за углом. Гвоздем вечера стали сушенные или может жареные цикады, которых ребята прикупили на рынке. Знаете, мы с сестрой с детства страдаем энтомофобией. То есть мы не просто боимся жучков, паучков, мы боимся их панически, и никто не заставит нас даже под дулом пистолета взять на руки, скажем, божью коровку. Я не смогу вам рассказать, почему Олькос съела цикаду, а потом вторую… Не смогу, потому что сама не знаю, а она мне так и не говорит до сих пор. Конечно, к тому моменту юго-восточная Азия сорвала нам кукушечку и мы готовы были творить самые не свойственные своей натуре поступки. Но жареные цикады… Я лишена такой отваги. А у сестры, кажется, кончились страхи на эту жизнь.
Ром был допит, часть которого оказалась вином..,ужин и цикады доедены. На завтра нас ждала дальняя дорога в Сием-Рип. Времени не оставалось, а огни Пномпеня манили. Мы пошли гулять по набережной. Даже кажется, спускались к воде. Но Тонлесап это вам не Фонтанка в белые ночи и мы отправились искать себя в этом городе дальше. Нашли себя на крыше красивого здания в коктейль-баре Le Moon. Здесь мне очень трудно писать, то и дело спрашиваю у Олькоса — «а как мы туда поднимались?», «а дальше?», «а кто и зачем просил ведро махито?», «как я?»…Вид был потрясающий. Крыша, отличный обзор на все тот же Тонлесап, на набережную, на огни..Заведение как мне показалось даже с заявкой на некую помпезность, но не раздражающе. Темнота, только фонарики на столиках, вокруг диванчики и пуфики. Махито был в кувшине, его было много, и он был оранжевый, все было очень чудесато в тот вечер-ночь. Плевали, кто дальше косточки от лайма с крыши, лежа на полу Le Moon в Пномпень и были счастливы. В отель возвращались то ли поздно, то ли рано, но людей на улице почти не было, только пара-тройка трансвеститов одиноких на набережной. Дальше воспоминания короткие вспышки. Хотелось пить, в нашем номере оставался ром, а у дверей оказалось, что ключ утерян. На моем имени давно лежит тень недоверия. Ведь я теряю ключи от своих и чужих квартир, номерки на норковые шубы (не свои) во всех гардеробах мира..Но никогда не прощу Вам, слышите, что заставили 3 раза вытряхивать на пол отеля все мои пожитки из рюкзака. Тем более, что я то знаю, где остался ключ, и кто тому виной. Когда я, единственный из нас четверых человек, практически не говорящий на тот момент уже ни на каком языке, ушла искать посреди ночи доброго кхмера на ресепшн, друзья сидели на полу между номерами и скабрезно хихикали. Объясниться было сложно, языковой барьер был непреодолим, и я решила манить. Манила до лифта, а дальше уже и до самого этажа. Когда двери лифта открылись, было подозрительно тихо, я усомнилась..Но тут Оля виртуозно на третьей передаче, юзом выехала из-за угла на пылесосе, Димка управлял, и все встало на свои места…
К слову, если у вас есть кто-то, какой-то бесчувственный сухарь, не разделяющий ваши к нему или ей трепетные чувства. Рекомендую, возьмите эту особь с собой в Камбоджу и прокатите по той же схеме, что катались по стране мы. Уверяю, особь потеряет бдительность в первые три дня, на пятый еще в Сиануке будет трепетной ланью в ваших руках. Там витает, что-то в воздухе неуловимое, или цикады эти напевают какие-то песни-афродизиаки, не знаю..Но временами было трудно. P. S. все спаслись!

Продолжение следует…
null
Анка Тараканова

Share